Главная > Новости > В стране > Неизвестный Петропавловск

Неизвестный Петропавловск

К сожалению, люди не живут так долго как города, и нет очевидцев, могущих пересказать виденную ими воочию более чем двухвековую историю Петропавловска, но у IaNews.kz. везде есть свои глаза, в том числе и в прошлом.

Но знать эту историю необходимо, тем более, что она необычайно интересная, а местами — захватывающая. 12 июля главному городу Северо-Казахстанской области исполнилось 266 лет.

Здесь родилось немалое количество легенд, которые поросли слухами, былинными рассказами, домыслами и байками. Впрочем, нет никакой необходимости что-либо придумывать, чтобы картинки прошлого «цепляли» воображение — реальная история изобилует яркими и содержательными страницами. Главное, чтобы рассказчик попался умелый…

Первый в Казахстане

Наш город во многом пионер Казахстана: первая железная дорога, первый ж/д вокзал, первый парк культуры и отдыха, первый проспект (пешеходная улица) — имени Ленина и первый русский драматический театр, которому в советское время было присвоено имя драматурга Николая Погодина. Несмотря на заглавное имя, постановок самого Погодина в нашем театре случалось немного, и давались они довольно редко — драматург был ярым «ленинцем». Но все же в любом советском театре была ленинская трилогия Николая Федоровича — «Человек с ружьем», «Кремлевские куранты» и «Третья патетическая».

На случай спектаклей с «Лениным» в театре всегда были штатные актеры, похожие на вождя мирового пролетариата. В 50-е — 60-е годы в «Погодинском» театре такими «двойниками» работали Н. И. Сизов (несмотря на редкостное сходство — походки, мимики, жестикуляции, — прослужил недолго) и Ф.А.Макаров. А в сезоне 1959-1960 в паре с двойниками — роль художника Кумакина в «Третьей патетической» играл молодой Михаил Светин.

За роль Кумакина Светин получал 60 рублей в месяц, а в свободное от роли время (когда на сцене был второй состав) спускался в оркестровую яму и играл на гобое, чем зарабатывал еще 3 рубля. Сам Михаил Светин, в воспоминаниях называвший Петропавловск «жуткой дырой», рассказывал об одном интересном случае:

«Второй акт спектакля начинался так: открывается занавес — осень, листопад, на сцене скамейка, гобой играет соло, выходит Ленин, Владимир Ильич, и вступает в разговор с другими действующими лицами. В гобое есть такая тросточка из камыша, которая все время должна быть влажной, потому что, если она высохнет, звук получится резким и неприятным. Для поддержания влажности тросточки ее перед игрой положено держать во рту. Дирижер поднимает руки — вставляешь трость в мундштук гобоя и играешь. И вот перед началом второго акта сижу наготове в оркестровой яме, гобой держу на коленях. Все партийное начальство — в зале. Открывается занавес, дирижер поднимает руки, призывая меня к соло, я хочу вставить тросточку — и обнаруживаю, что все это время она находилась в гобое, ну и, естественно, разломалась: хрупкая очень. Повисает тяжелая пауза. Гобой не вступает, Ленин, естественно, не выходит. Я с помощью жестов, распростерши руки, пытаюсь объяснить дирижеру Раисе Викторовне, что играть не могу. Она с помощью мимики умоляет кого-то из музыкантов сыграть партию гобоя. Но никто из них уже не способен сыграть не только мою, но и свою партию: у музыкантов истерика. Все дружно хохочут, безуспешно пытаясь подавить неуместные звуки. Зрители, уставшие ждать Ленина, встают со своих мест, подходят к оркестровой яме и начинают проявлять живой интерес к происходящему там. Спектакль был сорван, дали занавес, а меня лишили трех рублей. После этого я начал преподавать мандолину, которую раньше в жизни не видел».

Радиозайцы

В ворохе пыльных страниц газет недавнего прошлого мы можем встретить немалое количество устаревших слов — свойственных только русскому языку советского периода: губполитросвет, начпосылторг

Или вот еще: радиозаяц. Бесплатное и общедоступное радио — детище нашего времени: слушать может каждый, когда и сколько угодно, а раньше за радиотрансляции нужно было платить — новшество такое возникло наподобие нынешнего кабельного телевидения. Были, конечно, и те, кто слушал нелегально, и как раз они-то и назывались… радиозайцами.

Радиозаяц — официальное название для тех, кто имел самодельные или заводского изготовления, но незарегистрированные приемники. Слово вошло в обиход в связи с повсеместным применением в СССР (в том числе и в КАССР) радио в 20-40 годах. В толковом словаре Ушакова распознаем «радиозайца», как «лицо, включившее свой аппарат в радиосеть без уплаты соответствующих абонементных взносов за право пользования радио». В середине 20-х годов во многих учреждениях и домах уже висели на стенах огромные черные тарелки «Рекорд». Радиобум коснулся практически каждого.

Вот, что писала североказахстанская газета «Степная звезда» 20 января 1927 года: «Губотдел пищевиков нашел возможным выделить средства на оборудование при фабзавкоме консервного завода (впоследствии Петропавловский мясокомбинат — прим. А.Н.) и при клубе «Красный пищевик», а рабочие в один голос говорят, что им нужно иметь шибкоговоритель»… «Количество радиослушателей, зарегистрировавших свои приемники в Наркомпочтеле (народный комиссариат почты и телеграфа — прим А.Н.), составляли свыше двухсот. К этому нужно прибавить не менее 300 радиозайцев».

Микрорайоны В 60-е годы по Петропавловску школьников возили на автобусе с экскурсиями «По родному городу». Возили в замученном автобусе «Копытин» (прозвище для прототипа КавЗА, на котором в кино «Место встречи изменить нельзя» ездили оперативники; Копытин — фамилия водителя) Он же — «Ферднанд», а женщина-экскурсовод рассказывала о городе. По воспоминаниям современников (70-е годы), проезжая мимо так называемого района БЖ, она объясняла, что данный район назван так потому, что с высоты птичьего полета можно увидеть, что дома в этом микрорайоне расположены в виде букв Б и Ж. На самом деле расшифровка довольно простая — Благоустроенное Жилье (на сегодня один из самых неблагоустроенных районов), несмотря на придуманные позднее «Большое жилье», «большая ж..» и т.д.

Среди прочих, довольно приятных и стандартных названий, как то — Универсам, Уют, Черемушки, был и микрорайон «Cосиски». Назывался он так по имени бывшей забегаловки на улице Красноармейской (ныне Букетова). Позднее забегаловка именовалась уже «Мантной», но название «Сосиски» укрепилось за заведением надолго. И не только за заведением, но и за всем кубиком (шесть пятиэтажек). Этим микрорайон и был легендарен. Само здание «Сосисок» — «Мантной» — теперь уже бывший Финансовый супермаркет «Валют-Транзит банка» — изуродованное современным дизайном здание — синяя коробушечка на пересечении улиц Букетова с Советской…

 

Новости партнёров